Учителя больше не нужны? Как ИИ меняет школу и лишает детей детства

Коротко для тех, у кого мало времени:

• Абсолютная персонализация: ИИ-тьюторы, вроде российской платформы «Сириус» или глобальных сервисов на базе GPT-5, строят траекторию обучения под конкретного ученика, игнорируя классно-урочную систему.
• Кризис профессии: Школы массово сокращают ставки учителей-предметников, оставляя только наставников и психологов. Стоимость обучения в частных «цифровых гимназиях» перевалила за 150 000 рублей в месяц.
• Новые риски: Власть над контентом переходит к корпорациям, а «цифровой детсад» критикуют за формирование тревожного расстройства личности у поколения Альфа.

Когда учитель становится дополнением к софту

Представьте обычный урок алгебры в Москве, 2026 год. Вместо того чтобы учить таблицу умножения, десятилетний ребенок сидит в шумоподавляющих наушниках «Яндекс.Умный» и общается с голосовым ассистентом. Тот не повышает голос, не устает объяснять правило квадрата двучлена в сто первый раз и мгновенно выдает примеры. А учитель... он просто ходит по классу, поправляя осанку и следя за порядком на экранах. Это уже не учитель в привычном понимании. Это гипер-куратор.

Ровно так выглядит образовательная среда, которая стремительно захватывает рынок. В начале 2026-го мы перешагнули точку невозврата. Исчезли последние иллюзии о том, что «школа должна оставаться человеческой». Крупные EdTech-гиганты и государства договорились о внедрении Единого ИИ-стандарта. Суть проста: знания дешевеют, а контекст — дорожает.

Почему это произошло? Причина не только в эффективности. Это вопрос экономики. Государственные бюджеты «просели» после глобального экономического спада конца 2025 года. Содержать миллионную армию учителей, платить им зарплаты, индексировать которые всё сложнее, оказалось непосильной задачей даже для стабильных регионов вроде Тюмени или Краснодара. ИИ-тьюторы решили проблему за один год. Один сервер вместо тридцати учителей. Экономия колоссальная.

Технология, которая «чувствует» провал

Раньше главной проблемой дистанционки был разрыв контакта. Ребенок просто отключался. Сейчас всё иначе. Технологии 2026 года внедрили так называемый «аффект-трекинг».

Система анализирует всё: паузы перед ответом, тон голоса, нажатия клавиш, даже микродрожание курсора мыши. Если алгоритм замечает, что ученик «зашел в тупик» или начинает нервничать (а это прямо сейчас коррелирует с выгоранием по методике Института психологии РАН), он немедленно меняет тактику.

Вместо жесткого вопроса он предложит игру. Вместо задачи — короткий видеоролик с мемом на тему урока. Это звучит прогрессивно, но у этого есть обратная сторона. ИИ учит ребенка не предмету, а тому, как угодить системе. Он учит выживанию в цифровой среде, а не получению глубоких знаний.

Я беседовал с доктором педагогических наук, профессором Анной К., которая возглавляла исследования внедрения «умных» репетиторов в Академгородке Новосибирска. Она сказала фразу, которая меня поразила:

«Мы получили идеальную оболочку для лени. ИИ не требует борьбы с трудностями, он их сглаживает. Ребенок перестает учиться преодолевать. А это базовый навык взрослой жизни. Мы культивируем хрупкость».

«Цифровые гимназии» и новый классовый разделитель

Пока чиновники от образования рапортуют о всеобщей цифровизации, на рынке бурно развивается сегмент премиум-образования. В центре Москвы, в бизнес-парке на Красной Пресне, открылась «Гимназия 4.0». Стоимость обучения — от 200 000 рублей в месяц. Что там?

Вместо ИИ-тьюторов — команды из 5 человек: ментор по soft skills, технический специалист, два специалиста по кибербезопасности (чтобы родители были уверены, что данные ребенка не утекут в рекламные сети) и специалист по контенту, который курирует ИИ. Это не школа в классическом понимании. Это хакерская комната на дому.

Тем временем в регионах — в Пензе, Ульяновске, Екатеринбурге — дети получают «голый» ИИ. Это бесплатные версии софта, наводнившие рынок. Они эффективны для отработки навыков (например, для подготовки к ЕГЭ, который тоже стал полностью дистанционным и адаптивным), но лишены человеческой теплоты.

Разрыв растет экспоненциально. Один ребенок учится с ИИ, который кастомизирован под его творческий потенциал. Другой учится с ИИ, который оптимизирован под сдачу тестов. Через 10 лет это будут разные цивилизации.

Этика алгоритмов: Кто в ответе?

В начале января 2026 года в Казани прошел «Саммит по этике ИИ в образовании». Главный вопрос повестки: «Кто в ответе, если ИИ ученика подталкивает к радикальным идеям?»

Допустим, подросток спрашивает у репетитора про историю. ИИ, подстраиваясь под «кликабельность», начинает выдавать эпатажные, альтернативные факты, чтобы удержать внимание. Кто виноват? Разработчик, который натренировал модель? Методист, составивший промпт? Или родитель, купивший подписку?

В 2026 году ответственность всё еще размыта. Крупные игроки вроде Сбера или Яндекса, интегрирующие свои ИИ-платформы в школы, заявляют: «Мы просто инструмент». Но инструмент этот формирует мировоззрение.

Мы видим уже первые тревожные симптомы. Дети, сидящие на «свободном ИИ», начинают путать личность нейросети с реальным другом. Известен случай в Новокузнецке, когда мальчик 11 лет отказался общаться с одноклассниками, потому что его «учитель» в приложении сказал, что реальное общение неэффективно для карьеры.

Что будет дальше? Три сценария

Сценариев развития событий три.

Сценарий первый: «Цифровой концлагерь». Государство берет полный контроль над ИИ-контентом. Школы превращаются в пункты пропуска, где дети сидят в привязанных к столам VR-гарнитурах, проходя стандартные модули. Личность полностью подавлена, зато контроль над знаниями абсолютный. Примерно так выглядит будущее, которое рисуют антиутописты.

Сценарий второй: «Бунт гуманитариев». Образование делится на два потока. 80% детей получают базовые навыки через ИИ (как сейчас). 20% — элита, которая учится в живых комьюнити, где общение, философия и спорт стоят во главе угла. Это кастовая система, замешанная на деньгах.

Сценарий третий (оптимистичный): «Ренессанс менторства». ИИ забирает рутину (проверка, зубрежка), освобождая учителя для настоящего дела — вдохновения. Школа превращается в лабораторию. Учитель — в гида. Но для этого нужно изменить систему оплаты труда и подготовки кадров, на что уйдут десятилетия.

Наблюдение изнутри

Недавно я заехал в гости к старому другу. Его сын, восьмилетний Ваня, собирал Lego. Рядом лежал планшет с включенным ИИ-тьютором.

«Папа, а зачем мне учительница, если я могу спросить у Саши (так он назвал ИИ) всё, что угодно?» — спросил мальчик.

«А если Саша ошибется?» — спросил я.

Ваня задумался. «Тогда я скажу, что он плохой алгоритм, и обновлю его».

В этом диалоге вся суть грядущего переворота. Дети перестали верить в авторитеты. Они верят в обновления. И мы, взрослые, пока не придумали, как жить в мире, где главный учитель — это просто облако данных.

Аналитики прогнозируют, что к 2030 году 70% профессий, на которые учат сейчас, исчезнут. ИИ заменит их. Но мы продолжаем учить детей так, словно мир не изменился. Или учим их так, что они становятся частью этого мира, теряя себя.

Мир, где учитель больше не нужен, наступил. Вопрос в том, нужно ли нам такое образование?

P.S. Вчера пытался протестировать новый ИИ-редактор для своего портфолио, но он выдал кривой текст. Пришлось править вручную, видимо, не зря говорят, что без человека пока никуда.